Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 

Мотли Крю книга “Грязь” Часть 12 Глава 9-10-11

 Заголовок сообщения: Мотли Крю книга “Грязь” Часть 12 Глава 9-10-11
СообщениеДобавлено: 30 май 2014, 16:38 
Не в сети
Аватар пользователя

Зарегистрирован: 12 апр 2014, 22:22
Сообщений: 1016
Откуда: Краснодар
Мотли Крю книга “Грязь” Часть 12 Глава 9-10-11

ЧАСТЬ ДВЕНАДЦАТАЯ: "ГОЛЛИВУДСКАЯ КОНЦОВКА"

Глава девятая

М И К

«О ПРЕДЗНАМЕНОВАНИЯХ, КОТОРЫЕ ЧУВСТВОВАЛ МИК МАРС, ВХОДЯ В КАБИНЕТ ВРАЧА, И О ДРУГИХ ФАКТАХ, КОТОРЫЕ УКРАСЯТ И ПОДТВЕРДЯТ ЭТУ ДЛИННУЮ ИСТОРИЮ»


Как только врач увидел меня, он тут же отменил приём «Золофта» и «Веллбуртина». Но я продолжал испытывать галлюцинации от болей и напряжения в моих костях. Я по-прежнему слышал радиоголоса, и кровать продолжала колыхаться подо мной каждую ночь.
Я пошел к своему ортопеду, чтобы попросить возобновить мой курс приёма болеутоляющих. Я сказал ему, что мои плечи и шея больше не двигаются, и что я вынужден до предела склоняться над своей гитарой, когда играю, а также, что теперь мне необходимо перемещать всё тело, чтобы просто откинуть голову назад. Ему и не нужно было всё это выслушивать. Он просто посмотрел на меня решительней, чем когда-либо, и сказал, "Вы проигрываете сражение".
И он был прав: анкилозный спондилит брал верх. Серый призрак побеждал. Врач снова назначил мне болеутоляющие таблетки и прописал лекарство, которое служило лёгким антидепрессантом - Валиум (Valium). Серый призрак смог завладеть моим телом, но спасибо на том, что мне удалось сохранить свой мозг (The gray ghost could have my body, but I was going to keep my mind, thank you very much). Постепенно, голоса в моей голове стихли, и моя кровать перестала трястись по ночам. Теперь, половину времени я просто ощущаю безумие; а другую половину - что я безумен (Now, I only feel insane half the time; the other half I am insane).
Несколько лет назад я познакомился с худенькой, загадочной девушкой по имени Робби (Robbie), подводным фотографом, которая повредила своё ухо (who had blown her ear) во время погружения на двухсотфутовую глубину (60 метров), и теперь работала в конторе, которая организовывала туры по наблюдению за поведением морских животных (production office on tour to see how creatures above sea level behaved). Она говорила с умом и рассудительностью сорокалетней, хотя ей было всего двадцать. Она так вела беседу, как я никогда не мог: всё, что она говорила, звучало спокойно и вдумчиво. Я был так очарован ею, что после тура я записал её телефонный номер, оставил ей сообщение и, в итоге, полетел в Теннеси (Tennessee), чтобы навестить её. Вернулся я не один.
По мере того как мы с Робби проводили всё больше времени вместе, она стала моим единственным другом, и я понял, что она была женщиной, которую я искал всю свою жизнь, но, к сожалению, всё время терпел неудачу. Она не пила, не принимала наркотики и прочую гадость (nasty stuff), и поэтому она помогла мне стать на путь истинный (she has helped me stay on the straight and narrow). Плюс, она не охотилась за моими деньгами, т.к. у неё была своя собственная компания, «Nature Films», которая поставляла фотографии и фильмы для моих любимых после с гитары вещей: телевизионных каналов «Discovery Channel», «Learning Channel» и «National Geographic». У Винса есть Хайди, у Никки - Донна, а у меня теперь есть Робби. Всякий раз, когда я вижу её снимки по телевидению, я улыбаюсь и говорю, "Это моя старушка" ("That's my old lady").
Теперь я старый пердун (old fart), поэтому мне тяжело ездить в туры с группой. Но я не так подавлен, как во времена «Generation Swine», потому что я понял, что делает меня счастливым - играть так, как я написал в том оригинальном об’явлении в «Ресайклер», которое впервые свело меня с «Motley» - "громко, грубо и агрессивно". Никки тоже постарел (old fuck too), но он по-прежнему хочет, чтобы «Motley Crue» правили миром (he still wants Motley Crue to take over the world). В этом его не переделать (That will never change about him). Он всегда говорит, "Я хочу победить". И я знаю, что он всё ещё может победить. Если бы я так не думал, то был бы с Томми.
Когда я вернулся домой из тура «New Tattoo», Робби посмотрела на меня и улыбнулась.
"В чём дело?" спросил я её.
"Он возвращается", сказала она.
"Кто возвращается?"
"Пожиратель лиловых человечков".
Та неистовая пурпурная аура (The wild magenta aura), которую первым увидел Том Зутот и которую я утратил во время тура «Girls», вернулась. Только теперь она в чёрных тонах, фиолетовый как будто тускнеет.


Часть 12 Глава 10
ЧАСТЬ ДВЕНАДЦАТАЯ: "ГОЛЛИВУДСКАЯ КОНЦОВКА"

Глава десятая

В И Н С

«В КОТОРОЙ НАШ ГЕРОЙ УСВАИВАЕТ УРОК, ЧТО НИКАКОГО УРОКА ВОВСЕ НЕТ; ЕСТЬ ТОЛЬКО ЖИЗНЬ»


Во время нашего тура по Японии мне позвонила Хайди. Было 5 часов утра, поэтому я сразу понял, что что-то случилось. Она сказала, что мой менеджер Берт (Bert) отчаянно пытается связаться со мной из своего дома в Нэшвилле (Nashville). Я позвонил ему, он с трудом мог произносить слова.
"Ты единственный, с кем я могу поговорить", сказал он. "Когда я видел, как ты проходил через это, я никогда не думал, что это случится со мной".
Минувшим днём сын Берта играл в баскетбол с друзьями, когда он внезапно рухнул на пол. Кровоизлияние в мозг (brain aneurysm) убило его на месте без всяких предварительных симптомов и предпосылок. После Японии я полетел прямо в Нэшвилл, чтобы быть с Бертом. Когда умерла Скайлэр, он был рядом со мной. Теперь была моя очередь, потому что я очень хорошо знал, что ему приходилось испытывать.
Томми, Никки и Мик могут пилить меня сколько угодно по любому поводу (can rag on me about whatever they want). Но они не знают, они даже не способны понять, на что это похоже - наблюдать, как умирает твой ребёнок. Если бы они хотя бы на секунду поставили себя на моё место, они бы этого просто не перенесли (If they just put themselves in my shoes for a second, they would hate it). Они бы никогда не смогли пройти через эту боль. Возможно, тогда бы они поняли, почему я так пил, мать их.
Моё время, проведённое с Бертом, стало ещё одним напоминанием о том, что жизнь коротка, а любовь редка. Когда я вернулся в Лос-Анджелес, я поклялся, что женюсь на Хайди. После семи лет наших отношений, которые продолжались дольше, чем любой из моих браков, я понял, что она была моим самым сердечным другом (soul mate). Другие женщины встречались со мной только в хорошие времена - «Феррари», «Порши», особняки, не говоря уже о невероятном сексе - но в плохие только Хайди оставалась рядом со мной, пройдя через смерть, депрессию и денежные проблемы. Хайди всё знала и не ждала никакой рок-н-ролльной сказки, банковских чеков по двадцать тысяч долларов в месяц на текущие расходы или мужа, который сможет прожить всю жизнь без глубоких душевных травм, чувства вины и гнева от того, что убил хорошего друга в автомобильной катастрофе и потерял четырехлетнюю дочь, умершую от рака. Возможно, восемьдесят пять процентов пар даже не смогли бы пережить смерть ребёнка, независимо от того, настоящие ли они его родители или нет. Но каким-то образом мы с Хайди пришли к другому исходу и не как любовники, а как лучшие друзья.
Мы назначили день свадьбы, а затем отпраздновали помолвку походом на хоккейный матч с участием «Kings» («Los Angeles Kings» - лос-анджелесская хоккейная команда). После игры, мы столкнулись с Томом Арнольдом (Tom Arnold – американский актёр), который познакомил нас с некоторыми игроками. Все они хотели поехать потусоваться где-нибудь, поэтому я предложил «Havana Room», приватный сигарный клуб в Беверли-Хиллс, где собирались в основном продюсеры, актёры, адвокаты и один или два пластических хирурга. Думаю, что я единственный рокер, который является членом этого клуба.
Мы все хорошенько там поддали - за исключением Тома Арнольда, который не пьет, - когда Мэл Гибсон (Mel Gibson – известный актёр и режиссёр), который сидел один в баре, спросил, нельзя ли ему присоединиться к нам. В конце концов, вечеринка свелась к тому, что в 3 часа утра остались только я, Мэл и Хайди. Персоналу нужно было закрывать заведение, но они не хотели выгонять нас. Так что они разрешили нам остаться там одним и курить сигары.
Мы покинули клуб час спустя и поехали ко мне домой, где до шести утра играли на бильярде и фотографировали друг друга на Полароид, корча рожи. Я отрубился, но Мэл всё ещё хотел зажигать (Mel still wanted to rock). Хайди разбудила меня в полдень, смеясь, "Я поверить не могу, мне пришлось выставить за дверь самого Мэла Гибсона". В какой-то момент после того, как солнце взошло, она вызвала ему такси, чтобы отвезти его в «Four Seasons» (название отеля). Тем вечером мы с Хайди включили новости, где передавали сюжет о том, как клуб «Havana Room» сгорел дотла. Они сказали, что два джентльмена оставались в клубе допоздна и бросили свои непотушенные окурки в мусорное ведро, которое загорелось и подожгло всё здание. Теперь, ко всему прочему, я стал ещё и поджигателем.
Вскоре после этого у нас с Хайди состоялась скромная, но красивая свадьба в Беверли-Хиллс под мелодию «Van Morrison» "Crazy Love" в кругу подружек невесты, почти сплошь состоящего из фотомоделей (Playmates). После того, как я потерял всё, я нашёл женщину, которая была самой красивой невестой, самым удивительным человеком как внутри, так и снаружи, которую я когда-либо встречал. Она была единственной женщиной, которую я знал, которая с таким же успехом могла бы быть парнем, начиная с того, как она засовывала деньги в стринги стриптизершам на нашем первом свидании, и заканчивая курением дешёвых сигар с Мэлом Гибсоном в нашу последнюю встречу, будучи ещё неженатыми. Я попросил одного из моих самых близких друзей на всём белом свете быть шафером на нашей свадьбе: Никки Сикса. Позднее мы с Хайди вернулись в наш дом в Беверли-Хиллс и завели двух немецких овчарок, которые так любят кусать Никки.
Полагаю, что остальная часть группы могла смеяться надо мной за мою принадлежность к сигарному клубу, за то, что я живу в Беверли-Хиллс, за гоночные автомобили и за то, что я пытаюсь быть кем-то вроде магната индустрии развлечений (недавно я создал компанию с Марко Гарибальди [Marco Garibaldi – голливудский сценарист]; его женой Присциллой Пресли [Priscilla Presley - актриса, бывшая жена Элвиса Пресли]; и кое-какими биржевыми маклерами из Чикаго - мы смогли даже нанять Дуга Талера [Doug Thaler - бывший менеджер «Motley Crue»] для работы с почтой). Но они не понимают того, что я занимаюсь тем же, чем и всегда. Вместо того чтобы напиваться с Томми и Никки и их драгдилерами, я делаю то же самое с Мэлом Гибсоном. Вместо того чтобы расслабляться и жить полной жизнью на побережье, я живу полной жизнью в «Havana Room». Важно быть честным с самим собой и не терять свою индивидуальность в попытке слишком усердно соответствовать ожиданиям и принципам других людей.
После безумств тура «Girls», я думаю, мы потеряли из виду самих себя. «Motley Crue» стала трезвой группой, потом мы стали группой без ведущего вокалиста, затем мы стали альтернативной группой. Но за что все всегда любили «Motley Crue», так это за то, что она была грёбаной декадентской группой: за способность войти в комнату и поглотить весь алкоголь, девочек, таблетки и неприятности, которые попадут в наше поле зрения. Полагаю, что счастливым концом было бы сказать, что мы усвоили наш урок, и что всё это было ошибкой. Но к чёрту это.
Я люблю иногда выпить, и я люблю неприятности. Я не мог бы быть вокалистом «Motley Crue», если бы не делал этого. Я прошёл через судебные процессы, развод, зависимость, попытки самоубийства и больше смертей, чем только возможно себе представить. Пришло время снова повеселиться.
Именно поэтому, когда мы наняли моего старого приятеля Рэнди Кастилло, чтобы он занял место Томми за барабанами, и заперлись в студии, чтобы записать «New Tattoo», это было так легко. Не было никакой головной боли (brain damage), никакого двухнедельного ожидания, чтобы подобрать нужный тембр гитары или заставить рабочий барабан звучать так, как надо. Мы вернулись к корням и, наконец, осознали тот факт, что мы - «Motley Crue». Мы не рэп-группа, мы не поп-группа. Мы просто группа, которая поёт о радостях выпивки, секса и автомобилей. Мы группа, которая процветает в состоянии полной неуравновешенности (We are a band that thrives on being unsettled). Мы процветаем, когда трое ополчились против одного. Мы процветаем, когда я уволен, Томми ушёл, у Никки передозировка, а Мик - психованный старикашка. Всё, что должно было убить нас, только сделало нас ещё более опасными, сильными и решительными.
Если бы я был на «MTV», когда они спросили группу о тёлках, огне и лаке для волос, я бы не стал защищаться, как Никки. Я бы сказал, "Знаете что, мы - это грёбаный огонь, мы - это тёлки, и мы - это лак для волос. И это гораздо лучше, чем нагонять на всех тоску" ("You know what, we are about fucking fire, we are about chicks, and we are about hair spray. And that's a whole lot better than being about boredom").


Часть 12 Глава 11
ЧАСТЬ ДВЕНАДЦАТАЯ: "ГОЛЛИВУДСКАЯ КОНЦОВКА"

Глава одиннадцатая

T O М М И

«О КОНЦЕ, НОВОМ НАЧАЛЕ И ЗАРЫТОМ ТОПОРЕ»


Я поднимался по ступенькам, чтобы отвести своих детей в школу в их первый день, когда я поднял глаза и увидел силуэт Никки, который возвышался на вершине лестничного пролёта. Это было похоже на сон, который я часто видел о нём. Прошёл год с тех пор как я не виделся и не разговаривал с Никки.
Я встретил его наверху лестницы и сказал: "Привет". Он кивнул мне в ответ.
"Твои дети тоже ходят сюда?" – спросил я.
"Да", ответил он. "Они вон там. В том классе".
"Ну и дела! (What a trip) Наши дети учатся в одном классе, брат".
Мы оба были одеты в широкие брюки и застёгнутые на все пуговицы рубашки (slacks and button-down shirts). Для нас это было неестественно, но мы не хотели, чтобы наши дети смущались из-за своих грязных рок-н-ролльных папаш (dirty rock-and-roll dads). Никки улыбнулся мне, и мы крепко обнялись. Это было прикольно (It was tripped out): два парня, которые вместе уделали всю планету (who fucking killed the planet together), встретились снова на ступеньках грёбаной начальной школы.
"Я никогда не был здесь раньше", сказал я Никки. "Как мне найти этот класс?"
Он провёл меня в здание и указал на коридор. Я сказал ему, что вернусь через минуту; я хотел удостовериться, что моему сыну нашлось место за партой и что он в порядке (my son was settled and happy). Никки сказал, что он будет ждать, и когда я закончу, мы, может быть, позавтракаем вместе и поболтаем о былых временах.
Но кончилось тем, что я остался с Брэндоном ещё на полчаса, потому что он был слишком взволнован и напуган. Когда я вернулся в вестибюль, там уже никого не было. Я выбежал из здания и с вершины лестницы и оглядел всё вокруг. Никки исчез. Я спустился по ступенькам и заглянул в окно класса, чтобы убедиться, что Брэндон нашёл себе друзей. И он действительно нашёл: он сидел там, смеясь над чем-то. Я сделал ещё один шаг вперёд, чтобы посмотреть, над чем же он смеётся, и увидел сына Никки, Дэкера (Decker), который снимал с себя рубашку. Целое новое поколение Сиксов и Ли – а также Нейлов и Марсов – готовилось выйти в мир.



ТАКИМ ВОТ ОБРАЗОМ, НАШИ ГЕРОИ ЗАКОНЧИЛИ СВОЮ ДВАДЦАТИЛЕТНЮЮ ОДИССЕЮ ГАРМОНИИ И АНИМАЛИСТСКИХ ПРИКЛЮЧЕНИЙ, УСВОИЛИ УРОКИ, БОЛЬШИЕ, МАЛЕНЬКИЕ ИЛИ ВООБЩЕ НИКАКИХ. ТЕПЕРЬ МЫ ОСТАВИМ ИХ ПРОДОЛЖАТЬ КОЛЕСИТЬ ПО СВОИМ ПЁСТРЫМ ДОРОГАМ: СТАНОВИТЬСЯ МУДРЕЕ, ЛЮБИТЬ СВОИХ ЖЁН И ПЛАТИТЬ ВСЕ СВОИ АЛИМЕНТЫ; ПРОЧЕСТЬ СВОИМ ДЕТЯМ ЭТУ ИСТОРИЮ, ИГРАТЬ ДЛЯ ТОЛП ЛЮДЕЙ В ЗЕНИТЕ СВОЕЙ СЛАВЫ, И СНОВА И СНОВА ВОЗВРАЩАТЬСЯ В ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ИСПРАВИТЕЛЬНЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ. ДОРОГОЙ ЧИТАТЕЛЬ, ОГЛЯНИСЬ, ЧТОБЫ ЕЩЁ РАЗ ВГЛЯДЕТЬСЯ В ИХ СПИНЫ, И ТЫ УВИДИШЬ, КАК ОНИ ИСЧЕЗАЮТ ИЗ ВИДА, НЕСЯСЬ ВО ВЕСЬ ОПОР В ЛУЧАХ ЗАХОДЯЩЕГО СОЛНЦА, ЧТОБЫ ЗАВОЕВАТЬ НОВЫЕ ЗЕМЛИ, НАПЕВАЯ НОВУЮ МЕЛОДИЮ, КОТОРАЯ НАВСЕГДА ОСТАНЕТСЯ ПРЕЖНЕЙ МЕЛОДИЕЙ. И ЗВУЧИТ ЭТО ПРИМЕРНО ТАК:



Истратить миллион на наркоту,
Иль расфигачить множество машин,
Переебать тупых старлеток Голливуда –
Я это мог легко. Мы все, не я один.

Вы любите не ставить нас ни в грош.
Смешно из ваших частных самолетов
Брюзжание нам слышать и скулеж.
Вы стали жирными, богатыми мешками,
Когда я сдохну, на моем могильном камне
Вы сможете одно лишь начертать.

Я – шарлатан,
Я – маленький поганец,
В говне по жизни и всегда в говно.
Но ты же веришь в этот плоский глянец.
Вранье. Для вас я – маленькая блядь.
Я – всё. И даже больше, так сказать.
Кругом обман, я весь из пустоты –
Насквозь фальшивый. Вот совсем как ты.

Был сорок миллиардов наш тираж.
Мы выжили. Но "Грэмми" нам зажали.
Сто лет мы в Голливуде не играли.
А стоило б явить им свой кураж.

В кольце блестит бриллиант, лежат в кокосе лица,
Всех дивно прет от этих чудо-шприцев.
Мы продавали души, вы – кассеты,
Нас в рабство взяв до окончанья света.

Ты – просто выдумка.
Ты – маленький поганец.
Один из многих безнадежных пьяниц.
За правду принимаешь ты вранье.
Мы схожи. Всё мое – теперь твое.

Я не ожесточился. Я стал лучше.




ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ

Если делать что-либо таким образом, как это обычно делают «Motley», - значит обречь себя на жуткий геморрой. И эта книга была сделана именно так. (To do something the Motley way is to do something the hard way. And this book was done the Motley way). Этот бесконечный путь к опубликованию всех этих запутанных споров, драк, вендетт, болезней, адвокатов, тюрем, разводов, наркотиков, выстрелов, стрип-клубов и, в особенности, электронных писем, целиком написанных заглавными буквами (E-mails written in all capital letters – не знаю, о чём идёт речь). Фактически вы сейчас даже не держали бы «Грязь» в своих грязных лапах, если бы не следующие люди:
В «Left Bank Organization» благодарность размером с Бульвинкля всем и каждому (судя по всему, имеется ввиду статуя гигантского Бульвинкля, которая находится в Лос-Анджелесе), особенно Аллену Ковачу (Allen Kovac), который позаботился о том, чтобы «Грязь» осталась грязной; Джордану Берлианту (Jordan Berliant), который свернул горы и совершил множество других по-настоящему невероятных чудес, например, как это произошло с человеческим самомнением (расспросите его о том, как он время от времени посещал Томми Ли в тюрьме); Джеффу Варнеру (Jeff Varner), который, пытаясь усмирять наших детей, успел заиметь собственного первенца (who had his first kid while trying to keep us kids in line); могучей юридической команде Джима Козмора (Jim Kozmor) и Джастина Уолкера (Justin Walker) плюс адвокату группы Дугу Марку (Doug Mark), которые оказались поистине всемогущими; Кэрол Слоат (Carol Sloat), которая многого от нас натерпелась и почти не жаловалась; также Сью Вуд (Sue Wood), которой так нравилось превращать сотни часов аудиоплёнки в печатный текст, что она даже записала одну из реплик Никки Сикса на свой автоответчик: "Привет, я когда-нибудь рассказывал вам о том, как Оззи лизал мою мочу?" Громадная похвала также Рэнди Кастилло (Randy Castillo) и Саманте Мэлони (Samantha Maloney), чьи голоса можно будет услышать в «Грязь. Книга вторая»: о нет, никогда больше.
В «ReganBooks» особая благодарность Джереми Руби-Стросс (Jeremie Ruby-Strauss), которого мы виним в том, что он заварил всю эту кашу (starting this whole mess); Дану Амбарелла (Dana Albarella), которая неутомимо её расхлёбывала; Лорэн Бойл (Lauren Boyle), которая терпеливо сносила всё это; Андреа Молитор (Andrea Molitor) за то, что сделал(а) это чтиво настолько профессиональным, коим оно изначально не являлось; и Джудит Риган (Judith Regan), нашему неутомимому надзирателю и контролёру качества. Дополнительная благодарность Джону Пелози (John Pelosi), пожалуй, единственному адвокату, который знает, в чём разница между «Monster Magnet» (американская хард-рок-группа) и «The Monster Mash» (песня Бобби Пикета 62-го года).
Также благодарим всех в «Deluxe Management», а именно, Карла Стабнера (Carl Stubner), Джейд МакКуин (Jade McQueen) и Блэйн Клосен (Blain Clausen). А также двух книжных агентов - Сару Лэйзин (Sarah Lazin) и Айру Силверберг (Ira Silverberg), которые, наверное, будут счастливы, если никогда больше не услышат словосочетание «Motley Crue».
Самая большая благодарность от всех нас неутомимым легионам «крюхэдов» (Crueheads), особенно Полу Майлзу (Paul Miles) - автору «Chronological Crue», чей список внесённых корректив оказался почти такой же длины, как сама эта книга; Бренту Хорилуку (Brent Hawryluk), который днём и ночью корпел над своим видеомагнитофоном, записывая классику телевизионных материалов «Crue», в обмен на эту мелкую благодарность; также Лоре Арройо (Laura Arroyo) и Кэйтлин "Кэт" Уекер (Caitlin "Cat" Uecker), которые "зажигали" (who rock).
Что же до тех, кого мы забыли упомянуть... идите к чёрту (fuck you).

КОНЕЦ

_________________
Ничто не вызывает с такой силой прошлого, как музыка; она достигает большего: когда она вызывает его, кажется, будто оно само проходит перед нами, окутанное, подобно теням тех, кто дорог нам, таинственным и печальным покровом.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 


Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  

cron


Форум Фан-сайта Motley-Crue.ru - сайт о группе Motley Crue и Vince Neil, Nikki Sixx - Sixx:A.M. | Мотли Крю - группа Мотли Крю и Никки Сикс | Russian Motley Crue Vince Neil, Nikki Sixx - Sixx:A.M. Fan Forum Motley-Crue.ru © 2012-2020 by LexaStarZ

Motley-Crue.ru